Rambler's Top100

"Я начал понимать, что "бог-то, бог, да сам не будь плох!"

       Это марка Британской Гвианы. Сейчас государство называется по-другому. А в мои школьные годы пришлось за эту "колонию" отдать добрый десяток "соцстран". Государство Кооперативная Республика Гайана в Южной Америке стало последней британской колонией...

А интересно оно для "Третьего возраста" тем, что сейчас там живет и работает НИКОЛАЙ АДАМОВИЧ ТКАЧЕНКО. Пока что вкратце скажем, что ему исполняется 75 (семьдесят пять!) лет и работает он... капитаном.  В нашем новом, его разделе расскажет том, как живется и работается. Еше он поведает о том, как сохранить до почтенного  возраста здоровье и работоспособность, чем может похвастаться далеко не каждый российский мужчина.

                                                             Редактор

                                                              *   *   *    

Сегодня с утра  тропический затяжной дождь, отключено было электропитание во всем поселке, где стоит мое судно, вдобавок – сломалась и уплыла доска, по которой я собирался сойти на берег...

Сейчас все наладилось, ухожу в интернет-кафе, откуда вам все и отправлю.  Сейчас у нас 12 час. 30 мин., а у вас плюс 8 часов, т.е. – 20.30. 

 

         

Академик Амосов: омоложение через большие физические нагрузки.

                                                       "Есть только миг...  За него и держись!" 

В моей жизни академик  Николай Михайлович Амосов занимает особое место.  Судите сами.  Трое из моих ближайших родственников умерли один за другим в 50 – 52 – 54, как я теперь понимаю, от гиподинамии.  Это было в 50-х, когда я учился в мореходном училище.  В 1958-м я начал работать штурманом, а уже в 1959-м умирает мой первый капитан в свои 40 лет.  Просто остановилось сердце.  А потом ушли в свой последний рейс многие знакомые моряки – капитаны, старпомы,  стармехи. 

Я говорю только о тех моряках, кто умер в 40 – 50 от гиподинамии.  А до 60 дошли немногие.  Да и те с букетом болезней.  И, главное, никто из оставшихся в живых  не спрашивает: -«А почему, собственно, так?  Что свело в могилу этих людей в столь раннем возрасте?»  Наоборот, общественное мнение, в основном, сводилось к тому, что «бог дал – бог и взял»,  «все там будем», «от судьбы не уйдешь», и самое утешительное – «бог забирает к себе лучших».  Ну, и прочие подобные народные глупости из той же серии.

Но я тогда уже начал понимать, что «бог-то, бог, да сам не будь плох!»  Мне как-то не хотелось быть лучшим.  Мне больше нравилось быть живым.  Я тогда  уже начал подозревать, что каждый человек – творец собственного несчастья.  И судьбу дает не бог, ее строит сам человек. Вопрос только в том, как это делать?  Этого я тогда не знал.

И вот, в 60-х состоялась моя первая встреча с книгами  Амосова, в которых он четко и ясно заявлял:  все болезни от недостатка физической активности, от неподвижности, от гиподинамии.  Это была как раз та ложка, которую я и получил именно к обеду.  Я поверил ему без всяких раздумий,  колебаний, сомнений.  Поверил раз и навсегда!  Его доказательства звучали для меня убедительно, его рассуждения были просты и понятны.  Да и мои собственные жизненные наблюдения и раздумья приводили меня к такому же выводу.  Семена, посеянные Амосовым, попали на подготовленную почву.

 И  как только я дочитал последнюю страницу книги Амосова, то тут же и начал тренироваться.  Бег, гантели, штанга… Купание зимой в холодном Балтийском море…  И натренировался я до того, что в 1984-м году даже вышел на трассу Одесского супермарафона «100 км за 24 часа».  Все 100 км я пробежал (прошел) за 17 час. 29 мин.  А было мне тогда ровно 47 лет. Тогда была взята серьезная вершина, но, думаю, не последняя. «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал!» 

Николай Михайлович Амосов был первым, кто меня подтолкнул к этой прекрасной жизни, полной трудных преодолений и сладостных свершений; он дал мне в руки надежный компас, который и помог мне держать правильный курс в этом бурном житейском море.  Этот компас, я уверен, и приведет меня к уютной и надежной гавани под названием «долгая и счастливая жизнь в телесном здравии,  при крепкой памяти и со спокойной душой».


А сейчас, в свои 75, благодаря физическим тренировкам, я наслаждаюсь отличным здоровьем, продолжаю работать капитаном сухогруза в Карибском море, здоров и счастлив, и хотел бы научить этому других, как и меня в свое время, полвека тому назад, научил своими книгами академик  Амосов.  Он мне вручил эстафету, и я считаю своим долгом передать ее другим.  Правда, желающих пока не наблюдается. Собственно, тренируются для здоровья многие, но они об этом не пишут.  Пишут о здоровье  многие тысячи, или даже десятки тысяч авторов, но они не тренируются физически.  А таких, кто тренировался и написал об этом, в нашей стране не наберется и десяти человек.  И первый среди этого десятка – Амосов.

Данный очерк я пишу для тех, кто хотел бы выжить, пережить все кризисы, прожить счастливо и дожить до ста лет, но не знает, как это сделать.  Мой совет для таких людей:  наберите в Гугле магические слова  «Амосов Николай Михайлович» и самым чудесным образом вам станут доступны все книги,  статьи и мысли Академика.  Именно Академика, с большой буквы!   А дальше – все зависит от вас, от вашей готовности подвергать свое тело «значительным физическим нагрузкам» (выражение Амосова, многократно повторяемое им в его книгах), от силы вашей души, от тренированности вашего мозга, в общем, от вашего желания жить. Без этого желания вам никакие книги не помогут.  Дело пастуха – подвести лошадь к водопою.  А пить лошадь должна сама.  Что касается меня, то я, вот уже многие десятилетия, жадно пью живительную влагу из этого прекрасного неиссякаемого источника под названием «здоровая и счастливая жизнь в движении».  И призываю к этому своих читателей. Подвел меня к этому источнику именно Амосов Николай Михайлович.

Но не все так просто.  В последнее время в сети стали мелькать утверждения, что Амосов, дескать, ошибался, заблуждался в своих попытках оздоровления с помощью физических нагрузок, что в последний период жизни он, дескать, осознал свои ошибки, разочаровался, заявил публично о вреде физических нагрузок и умер именно из-за своих физических тренировок.  В общем, как любили повторять остроумцы 60-х,  вместо «Бегом от инфаркта!»  получилось «Бегом к инфаркту!».  Так ли это?  Попытаемся  разобраться.

Перечитываю еще раз труды Академика.  Их много, но в данном случае нас интересуют его отчеты об эксперименте, написанные в ноябре 2002, за месяц до кончины.  Вообще, в жизни Амосова четко выделяются два последних периода.  С 1954 до конца 1993, ровно 40 лет  – период «ограничений и физических нагрузок».  Это был период его больших успехов и достижений в профессиональной и литературной деятельности,  период относительной стабилизации старых болезней, улучшения состояния ССС и общего состояния здоровья.  Физические нагрузки дали великолепный результат.  Но в начале 1994 Амосов начал свой эксперимент под названием «Омоложение через большие физические нагрузки».  А было Амосову в то время ровно 80 лет. Ход эксперимента широко освещался а печати.

Зачем Академик начал эксперимент?  Дело в том, что  в 1993  Амосов оказался не у дел.  «Пришли другие времена, взошли иные имена».  В жизни Амосова наступил трудный период.  Ведь по жизни он был ярым пассионарием, он привык ставить перед собой трудные задачи, и всегда решал их блестяще.  Такой вот, постоянный триумфатор.  А превратившись в пенсионера, он попал в сложное психологическое состояние.  На пенсии уютно только обывателю. Вот слова самого  Амосова: - «Жизнь опустела… я обнаружил, что меня настигает старость.  Убавились силы, «заржавели» суставы, отяжелело тело…  Я не испугался, но опечалился.  И даже озлился: нельзя сдаваться без боя!... жить осталось 5-7 лет, с болезнями, немощно, да, не дай Бог, еще и в оскудении ума.  Нет!  Не согласен!  Так начались размышления, поиски и этот эксперимент».

А в чем, собственно, состояла суть эксперимента?  А в том, что Амосов просто увеличил физические нагрузки в пять раз! Ну, мало кто на такое способен в 80 лет, да и в 40, тоже.  Но при этом, здесь прошу читать внимательно, он продолжал прежний режим питания! Вообще, само по себе увеличение нагрузок, даже в 5 раз, не страшно.  Но только, если эти нагрузки увеличиваются грамотно.  Мне очень не хотелось бы критиковать Академика, которого я бесконечно уважаю, но «истина дороже».  А ведь Амосов и поставил этот эксперимент над собой, чтобы найти именно истину, чтобы помочь выжить и себе и нам.

Итак, возможности человеческого организма безграничны.  Возможности выдерживать именно высокие нагрузки.  Но надо знать, как работает тело, как правильно его нагружать.  Увы, с этим делом у нас напряженка.  Приходится проверять на себе.  Так Амосов и делал.  При этом, в своих книгах он постоянно повторял слово «постепенность».  Но это для других,  не для себя.  Он спешил.  «Узнай, а есть предел, там, на краю земли!  И можно ли раздвинуть горизонты?!»

Так вот,  увеличив, по словам самого Академика, нагрузки в 5 раз, он в то же время, как я понимаю, ограничивал себя в пище.  Вообще, в течение всей жизни Академик старался держать вес 51 – 53 кг.  Сразу отмечу, что я всю жизнь держу 100 кг.  Даже не сам держу, а доверил эту задачу своему организму.  А организм и держит, начиная с 30  и до 75 лет, именно 100 кг.  Еще в молодости я вычитал, что главное – не сам вес, а его постоянство.  Прочел, поверил и успокоился.  Итак, 51 – 53 кг и 100 кг.  И оба мы примерно одного роста.  Прочувствуйте эти «две большие разницы!» 

Эксперимент, как известно. закончился в декабре 2002, и закончился по причине смерти  Академика в возрасте ровно 89 лет.  Провалился ли эксперимент?  Конечно же, нет!  В науке, как известно,  отрицательный результат – это тоже результат.  Да, Амосов ставил перед собой задачу довести эксперимент до своего 100-летнего возраста.  Не получилось… По разным причинам.  Вот горькие слова самого  Амосова: - «…100 лет и был намеченный крайний срок… Увы!  Не состоится: переоценил.  Слишком много болезней, да и лет для начала опыта было многовато, и наследственность плохая… основа успеха – интерес к жизни.  Без этого не стоит и начинать… Верю в тренировку… Эксперимент «скорее мертв, чем жив». А может быть, наоборот – все же жив!... Пределы нагрузок были явно завышены… Ну, а главное: была допущена элементарная безграмотность в диагностике нарастающего стеноза клапана… каждые полгода проходил обследование… и все молчали».  Эти слова написаны в ноябре 2002, за месяц до кончины.

Ошибался ли Амосов в ходе эксперимента?  Да, ошибался.  Он сам это признал.  Но при этом он прожил 89 лет!  И прожиты эти 89 лет жизни всегда на предельных оборотах,  всегда с максимальными нагрузками, всегда с великолепными результатами!  Не ошибается только тот, кто ничего не делает.  Или скажем иначе – самую большую ошибку делает тот, кто вообще не тренируется.  Отрекся ли Амосов в конце жизни от своих взглядов на жизненноважное значение больших физических нагрузок?  Нет, никогда не отрекался!  Об  этом нет и намека в его последних трудах.  Любой может прочесть и убедиться.  «Верю в тренировку!» - писал он.  Откуда же появились эти утверждения о его отречении от своих прежних взглядов?

Дело в том, что сейчас бизнес на болезнях – самый прибыльный бизнес после наркобизнеса.  Слишком большие деньги там крутятся!  Опорочить Амосова – значить опорочить саму идею о возможности прожить долгую и счастливую жизнь без болезней, без больниц и врачей,  без всей этой химии, без этих дорогостоящих операций на сердце, без этих неисчислимых «чудодейственных» диет и голоданий, без инфарктов\инсультов в 50-60, то есть, опорочить мечту прожить жизнь, достойную настоящего мужчины.  Ведь, чем больше больных, тем больше денег у тех, кто умеет их делать на болезнях.  Если все будут здоровы, то на этом денег не сделаешь.  Ну, а недалекий обыватель просто повторяет эти выдумки,  он лежит на диване перед зомбоящиком и с наслаждением повторяет: - «Вон Амосов бегал, и чем кончилось!?   Ну, кто был прав!?»

Здесь я перехожу к самой трудной и самой важной части моего рассказа.  Надо признать, что обыватель действительно имеет основания злорадствовать перед телевизором.  Если, конечно, не вдаваться в тонкости.  Амосов сказал о нескольких ошибках, своих и наблюдавших его врачей.  Но не сказал о самой главной.  А дело в том, что он увеличил нагрузки в 5 раз, а режим своего питания оставил прежним, или даже ужесточил.  Он упорно держал свои любимые  51 – 53.  Начитался Поля Брэгга, однако.  Это все равно, что увеличить нагрузку на дизель в 5 раз, и при этом уменьшить расход топлива.  Дизель просто заглохнет. 

Дорогой мой читатель, я не хочу выглядеть умнее Академика.  Но я имею право высказать свое мнение.  Да,  я не знаю всех подробностей жизни Амосова в последнее время.  Я не специалист в медицинских тонкостях.  Но мое субъективное мнение подтверждается многочисленными высказываниями Академика в пользу ограничений в питании, подтверждается и здравым смыслом.  Прав ли я, пусть читатель решит сам, пусть прочтет книги Амосова, пусть проверит на практике.

Ведь сердце – это тот же мотор, и мотор этот выполняет колоссальную работу.  А для выполнения этой работы требуется адекватное питание.  Увеличил силой воли нагрузку в 5 раз – увеличивай и поступление топлива (пищи) в 5 раз!  Элементарная физика для средней школы!  Когда Амосов тренировался в «режиме нагрузок и ограничений», у него, очевидно, выдерживался энергетический баланс.  Хотя, питание и было, вероятно, на самой нижней черте.  Ну, а когда он увеличил нагрузку на двигатель, при этом уменьшил подачу топлива  и отключил регулятор, то двигатель и заглох.

Есть ли в истории аналогичные случаи?  Да, есть.  В таком режиме работали зеки сталинских лагерей.  Если зек не выполнял норму на лесоповале, то ему, в виде взыскания, увеличивали норму и одновременно уменьшали «пайку».  Результат вы знаете. Многие миллионы загубленных жизней.  Их просто уморили голодом.  Им перекрыли поступление питания в организм, а от этого, в первую очередь, останавливается сердце.  Ну, зеков просто убили.  Но  Амосов создал себе подобный режим добровольно, он силой своей железной воли тоже увеличил норму «в кубометрах»  в 5 раз, и одновременно уменьшил «пайку».  Даже сам внешний вид Амосова  говорит о крайнем измождении его тела.

Сам Академик признал, что его нагрузки в период его эксперимента были чрезмерны.  А какие физические нагрузки можно признать оптимальными?  Этого не скажет никто.  Наука такими вопросами не интересуется.  Приходится искать самому методом проб и ошибок, «методом тыка».   Об этом мы и поговорим в следующем очерке.


                          Всем всего доброго!

                                             Ткаченко Николай Адамович.          г. Джорджтаун. 

Подарок по случаю дня рождения. На нашей главной странице помимо Москвы мы будем теперь сообщать и о погоде в Джорджтауне - городе, где трудится 75-летний капитан. Жюль Верн с "Пятнадцатилетнем капитаном" отдыхает. Новую книгу пишет Н.А.Ткаченко   
                             
Редакция будет постоянно знакомить вас не только с работами Николая Адамовича, но и с краем, где он находится сейчас. Итак, в путь.                       
                         

7.03.12

Комментарии к статье
  • Здравствуйте, Николай Адамович ,спасибо за статью о Академике Амосове. Мне 48 лет, я знала, читала о том, что он был за фицические нагрузки, и даже верил, что движением и физическими нагрузками, можно избечить, или замедлить гипертонию. Вообщем, очень давно прклоняюсь перед Н. М. Амосовым. И благодарю, еще раз за статью.Сама, я за движение, и фицическая нагрузка, спорт, в моей жизни всегда. Спасибо!
Страницы: 1
Добавить комментарий


Читайте также:












        


Мы и общество...






«ТРЕТИЙ ВОЗРАСТ» 
 

У нас третий возраст, ни много, ни мало.

А жизнь нередко других баловала…

И годы свои, мы, как видно, не спрячем:

При всех - веселимся, а внутренне – плачем…

 

Мы взрослые дяди, и взрослые тети.

И с детства, как видно, нас так воспитали,

Что все свои силы отдали работе,

Но вот о себе мы порой забывали…

 

А жизнь наступает, представьте, такая,

Которую, если серьезно, не ждали,

Когда-то мы бегали, не уставая,

Теперь меньше ходим, но больше устали...

 

Не замужем кто-то, не все и женаты,

Есть те, у кого подрастают внучата.

Так выпьем, ребята, так выпьем, девчата,

За возраст четвертый, а, может быть, пятый…

 

Нередко нам в жизни пришлось ошибаться,

Порою не в тех доводилось влюбляться.

Но сами себе мы боимся признаться,

Что жаждем любви, словно нам восемнадцать…

 
Феликс ГИНЗБУРГ    
 


Партнеры

Из почты

Навигатор

Информация

За рубежом





Рейтинг@Mail.ru