Rambler's Top100

Махнем в Простоквашино?

Махнем в Простоквашино?

Новомодное понятие «агротуризм» вошло в наш обиход сравнительно недавно. И для многих оно остается пока малопонятным – и как слово, и как явление. Между тем деревенский, или, как его еще называют, сельский или экологический туризм, уже давно пользуется широкой популярностью в мире. Причина проста. За последние десятилетия успело вырасти не одно поколение горожан, для которых корова или лошадь – такое же экзотическое животное, как верблюд или жираф. Городские дети порой даже и не представляют, как выращивается хлеб, собирается мед или изготавливается сметана.

В 200 километрах от Москвы, в глухих местах с ухабистыми дорогами, где освещение – праздник, да и мобильный не всегда берет, в селе Медное Тверской губернии расположился уголок солнечной Италии. Fattoria del Sole – так называется агроферма, что в переводе с итальянского означает – Солнечная ферма. За хозяина – бывший римский полицейский, истинный итальянец Пьетро Мацца. Ему – 58 лет. Когда Пьетро в 40 лет вышел в отставку, он вспомнил о своей прежней специальности – агронома и сыровара. Так отставной полицейский, кстати, как и его дед и отец, начал заниматься сельским хозяйством.

Однажды он увидел в римском кафе русскую девушку Жанну и потерял голову. Несмотря на разницу в возрасте в 22 года, случилась большая любовь, а вскоре состоялась и свадьба, после которой Пьетро увез свою избранницу на ферму в Калабрию. Там у них родилась дочь Джессика. Когда ей исполнилось два года, семья решила попутешествовать по Европе и заехать в Россию – познакомиться с родителями Жанны. Заехали… и остались. Пьетро вспоминает, как потрясли его бескрайние российские просторы, непаханые поля, дремучие леса, малолюдье. В общем, он вновь влюбился – теперь уже в Россию.

Поначалу семейная задумка – создать не просто ферму, а именно агроферму для посещений туристами – у многих вызывала не только недоумение, но и усмешку. Жена предостерегала: заниматься в России сельским хозяйством не только тяжело, но и невыгодно. Кому захочется, говорила она, тащиться в такую глухомань лишь для того, чтобы насладиться вкусом натуральных продуктов? Пьетро же настаивал на своем. Мысль "продам бизнес" его не посещала.Честно говоря, идея агротуризма возникла у него давно. Большинство семейных ферм в Италии зарабатывают на жизнь таким образом: европейцы, живущие в городах, готовы платить за работу на ферме так же, как за отдых на морском курорте. Горожане неумело, но с энтузиазмом собирают виноград, доят коров, варят сыр, давят оливки – в зависимости от сезона и специализации фермы. Именно так Пьетро представляет себе будущее Fattoria del Sole. 

Поначалу было тяжело: покупали молоко в колхозе, а сделанный на ферме сыр продавали магазину и ресторану. Но по этому пути все же не пошли – слишком большие убытки. Сделали ставку на свое хозяйство, а произведенные по своей технологии продукты стали предлагать туристам. И не ошиблись. Сегодня туристы, которых они принимают у себя, помимо знакомства с самим процессом изготовления, с удовольствием дегустируют сыры в их небольшом ресторанчике, да и еще, прокатившись на лошадке, и с собой понемногу увозят.

Когда-то супруги мечтали принимать у себя хотя бы по 300-400 туристов в месяц. А теперь к ним со всех концов страны (при мне были туристы с Камчатки) едут по полторы тысячи – и это не предел.

Сейчас на итальянской семейной ферме около 100 голов крупного рогатого скота (из них 42 дойные коровы), 150 поросят, несколько лошадей, козы, овцы, пара пони, осел, верблюд и страус – это уже для забавы туристов. Да еще к тому же – и куча собак и собачек. Управляться со всем этим многочисленным хозяйством супругам помогают 22 рабочих, без которых уже не обойтись. Ведь небольшая ферма только в сутки производит 300 литров молока, 40 килограммов отличного сыра, в своей мини-пекарне выпекает 150 буханок хлеба. Еще есть своя лесопилка и керамическая мастерская.

Блюда национальной кухни для туристов Пьетро готовит собственноручно. Жена – надежный помощник во всем. Между прочим, по профессии она – технолог общепита, что тоже немаловажно для их бизнеса.

Все остальное делают наемные работники, но, как показала жизнь, их каждую минуту приходится контролировать. «Добиться точного со­блюдения технологии процесса приготовления сыров – самое трудное в работе, – признается Пьетро. – Даже лучшие мои работники искренне не понимают, что температура свертывания молока – ровно 35 градусов. Не 36, не 34, и даже не 34,5, а именно 35. Или вот, например, твердый сыр Качиотта, прежде чем достичь кондиции, должен пролежать полтора месяца при температуре ровно 10 градусов. Малейшее отступление – и он либо «вспотеет», либо высохнет. Зато здесь, на ферме, все натуральное.

На огромной сырной тарелке гостям подают настоящий итальянский сыр, приготовленный утром: буррата – мягкой сливочной консистенции, рикотта – творожный сыр из сыворотки с зернистой текстурой, качиотта — твердый сыр, который хорошо сочетается с грушами, бутирро – сыр, фаршированный сливочным маслом, и, конечно, моцарелла – мягкий рассольный сыр, самый известный в России. Кстати, именно для этого сорта требуется специальная технология, поэтому единственное, что привезли из Италии супруги Мацца, – машину для его приготовления. «В остальном же, – заверил меня Пьетро, – производство сыра здесь, в российской глубинке, ничем не отличается от производства сыра в Италии. Да и по вкусовым качествам он не уступает идентичному итальянскому, даже лучше».

Супруги Мацца предложили также попробовать нам колбасы, пасту, сушеные помидоры, маринованные баклажаны, сметану, творог, свиную рульку с чечевицей. И все – соб­ственного приготовления. Особо по­трясли мое воображение итальянские десерты – нежные, воздушные, в виде белых лебедей.

Расставаясь, я все-таки поинтересовалась у Пьетро, не надоело ли ему наше российское разгильдяйство и нет ли в планах вернуться на родину – там, где солнце и море.

– Мы с Жанной работаем по двадцать часов в сутки. Поверьте, это непросто. Все, чего мы добились за эти годы, – только начало. Я удивляюсь вашей российской инертности. Агротуризм – это хороший бизнес, где можно по-настоящему работать и зарабатывать. Где же смельчаки?

«А действительно, где?» – думала я, увозя с собой в Москву коробочку с настоящим ароматным сыром…

Марина ХАРАКТЕРОВА,
Тверская область

Комментарии к статье
Добавить комментарий


Читайте также:












        


Мы и общество...






«ТРЕТИЙ ВОЗРАСТ» 
 

У нас третий возраст, ни много, ни мало.

А жизнь нередко других баловала…

И годы свои, мы, как видно, не спрячем:

При всех - веселимся, а внутренне – плачем…

 

Мы взрослые дяди, и взрослые тети.

И с детства, как видно, нас так воспитали,

Что все свои силы отдали работе,

Но вот о себе мы порой забывали…

 

А жизнь наступает, представьте, такая,

Которую, если серьезно, не ждали,

Когда-то мы бегали, не уставая,

Теперь меньше ходим, но больше устали...

 

Не замужем кто-то, не все и женаты,

Есть те, у кого подрастают внучата.

Так выпьем, ребята, так выпьем, девчата,

За возраст четвертый, а, может быть, пятый…

 

Нередко нам в жизни пришлось ошибаться,

Порою не в тех доводилось влюбляться.

Но сами себе мы боимся признаться,

Что жаждем любви, словно нам восемнадцать…

 
Феликс ГИНЗБУРГ    
 


Партнеры

Из почты

Навигатор

Информация

За рубежом





Рейтинг@Mail.ru