Rambler's Top100

Баба Катя

Баба Катя

В самом начале 90-х любопытство завело меня на место, где когда-то стояло богатое прусское имение.  А вокруг имения тогда же, как обычно, вырос и поселок. Домов на двадцать.  Это – 12 км от Калининграда, по дороге на Зеленоградск, через Коврово. 

От поселка сейчас мало что осталось, только название на старой карте и груды битого кирпича со следами свежих раскопок.  Археологи-любители что-то ищут.  А на месте бывшего парка еще возвышается пара высоких хвойных деревьев, говорят, что  это - редкие и ценные японские пихты, или что-то в этом роде.  Господский дом стоял когда-то  на пригорке, а внизу озеро, где теперь всегда сидят рыбаки с удочками.    

На другом берегу озера, тоже на пригорке, сохранились, однако,  четыре дома, в том числе -  трехэтажное здание бывшей немецкой школы.  Все эти дома построенны из обожженного кирпича, рассчитаны на сотни лет жизни, но сейчас они наполовину разрушены и доживают свой век.  Здание школы, правда, восстанавливается его новым частным владельцем.

Отдельно стоят два длинных одноэтажных дома.  Когда-то такие  дома строились для прислуги, батраков и сезонных рабочих.  В одном доме размещались около десяти семей.  Каждая семья имела отдельную входную дверь в свою квартиру, а вдоль всей длиннющей стены, под окнами, раньше обязательно располагался цветник с неизменными розами, георгинами и мальвами всех цветов и оттенков. 

Потом в этих домах жили наши колхозники.  А  когда им выдали паспорта, то все колхозники и уехали в близлежащие поселки, или в Калининград, а остались только те, у кого уже не было сил куда-то переезжать.  Сейчас  в этом бывшем поселке проживают только две женщины – Клава, ей лет 45, и баба Катя, ей под 80.  Каждая из них живет в отдельном таком доме, дома эти недавно приватизированы, и обе они стали законными владелицами этой недвижимости.  Клава держит корову, а у бабы Кати уже не осталось сил вести хозяйство, она, в основном, лежит на кровати и ждет смерти.

Дом Клавы сохранился получше, а вот баба Катя живет в самой настоящей развалине.   Сгнившие стропила частично рухнули  под тяжестью черепицы.  В других местах упали  такие же сгнившие балки,  стены еще местами стоят, но без окон и дверей, в других местах и стены лежат на земле.  Вообще-то, такие дома могли служить людям сотни лет, но в войну черепица в некоторых местах была пробита пулей или осколком, сверху текла вода, сначала новые жильцы таскали тазы и оцинкованные ванны на чердак, подставляли, чтоб не текло на голову.  Потом это надоело, ну балки и стропила со временем сгнили и дома развалились.   

Баба Катя родилась, примерно, в 1910-м, где-то в деревне, там, где потом возникли Кировская и Горьковская области.  Оттуда, в основном,  и вербовались первые переселенцы в Восточную Пруссию.  Ее жизнь до 1946-го была, надо полагать, нелегкой.  Скудные северные земли требовали неустанного труда.  Днем – на колхозном поле, а вечером – дома.  Поэтому, в 1946-м, они с мужем бросили все, забрали детей и поехали в богатую Восточную Пруссию, где, впрочем, их ждала такая же трудная послевоенная колхозная жизнь.

Вслед за Клавой захожу в дом бабы Кати.  Вернее, в ту комнату, в которой она и живет.  Сгнившие окна пропускают  какой-то мутный свет через несколько сохранившихся стекол, покрытых вековой грязью.  Другие стекла отсутствуют, и вместо них какие-то тряпки защищают бабу Катю от ветра и дождя.  Везде валяется какой-то хлам – смятые ведра, прогоревшие выварки, табуретки без ножек. Посреди комнаты стоит широкая кровать, другой мебели нет.  Баба Катя лежит на каких-то сгнивших тряпках темного цвета.  Оно бы и ничего, но беда в том, что постель бабы Кати всегда мокрая – дождевая вода с потолка течет прямо на кровать, но это не так уж и страшно, потому, что один угол этой обширной кровати, все-таки, сухой, вот в этом углу баба Катя и спасается от дождя.  Надо только свернуться калачиком.

Разговаривает баба Катя вполне внятно.  Не могу себе простить, что не записал тогда рассказ о ее жизни, а теперь уже поздно.  Пропал бесценный исторический материал!  Вот так, всегда мы, вечно торопимся, надеемся на «потом», а это «потом» быстро превращается в «поздно».

Однако, кое-что, все же, спросил и запомнил: - А сколько к вас детей, баба Катя? – спрашиваю.  – Семеро...  - Тут-то мне и вспомнилась русская народная мудрость:  - «Мать всегда  прокормит семерых детей, но семь детей никогда не прокормят одну мать!».                                                                                                                                          - И ---- Что же? – спрашиваю -  семь детей не могут починить крышу над вашей кроватью? 

- Дык вить пьють...                                                                                           

- И где же сейчас ваши дети? 

Тут баба Катя оживилась и стала подробно рассказывать, где сейчас живут ее дети и чем занимаются.  Чувствовалось, что она любит своих детей, гордится ими, и сейчас рассказывает о них с удовольствием.  Выяснилось, что, на удивление, все ее семеро детей живы, все дочери замужем, а сыновья женаты, все имеют детей,  жилье и работу.  И все живут и трудятся в Зеленоградском районе.  Баба Катя их называет по имени, и я вскоре перестал понимать, кто из них сын, а кто зять.  Но я понял, что с детьми и внуками, в общем – полный порядок.  Кто кровельщик в ЖЕКе, кто доярка в соседнем колхозе...   О том, что «пьють»,  баба Катя больше не вспоминает.  Видимо, поняла, что вначале сказала лишнее незнакомому человеку.

Я уже знал, что Клава подкармливает бабу Катю молоком и приносит ей хлеб из сельмага, который в соседнем поселке Сиреневое, в 2-3-х километрах.                                                           

– А пенсию получаете?

- Приносють.  Позавчера принесли, но пришла внучка и отняла все деньги, забрала все до копейки...                                                                                                                                                              

- Вы ели что-нибудь сегодня? 

Баба Катя дипломатично промолчала.  Достал я из кармана 10 рублей, тогда это было, кажется, 10 тысяч, ну, вероятно, на пару булок хлеба,  протянул бабе Кате.  Тихо поблагодарила.  У меня тогда в голове бродила идея – построить дом на этих развалинах.  Я предложил бабе Кате сделку – я у нее покупаю половину дома, разбираю на кирпич, буду рядом строиться и ей, заодно, починю крышу и окна.  Цену я предложил отличную, но баба Катя категорически отказалась: – «Пусть останется детям». 

Кстати, о внуках и воспитании подрастающего поколения.  Вспомнился другой случай. Стою я как-то на автобусной остановке в Романово.  Жду автобус на Пионерск.  А рядом старуха убирает бетонный павильон, где пассажиры, по идее, должны спасаться от дождя.  Павильон этот капитально загажен.  Местная молодежь здесь отдыхала по-русски – полно битых бутылок.  А заодно, справляли там и нужду.  И малую, и всякую другую.  Видимо, ночью шел дождь, а кому охота мокнуть.  Старухе обидно - бутылки все битые, могла бы выручить какие-то копейки, и убирать противно, да и поговорить хочется.  Обращается ко  мне: - «Смотрите, что натворили!  Разве мы их этому учили?».

Мне смотреть не хочется, но стоять скучно, завязался разговор: 

 –Вы с какой области приехали, с Кировской?  -  Нет, с Горьковской. – У вас там, в селе, церковь разрушили?  Вы тоже участвовали? – Нет, я была маленькая, а брат - он комсомолец был,  да, он рушил.  -  Разграбили?  -  Да он почти ничего и не принес, так, мелочь какую-то...  – А это – показываю на развалины кирхи, что рядом, на пригорке – вы разрушили?  -  Нет, не мы. Это разрушили те, что приехали в 1946-м.  А мы приехали в 1947-м. 

-  Ну, вот – говорю – все ясно.  За вашу жизнь и при вашем участии разрушили и разграбили два храма!  Вот это и есть воспитание. Чему научили, то и получили!  За что боролись, на то и напоролись!  И что еще вы хотите?.     

Баба Катя...  Потом, через пару лет, я еще раз заехал в те края.  От домов Клавы и бабы Кати не осталось и следа.  Сторож при бывшей школе рассказал, что баба Катя умерла в своем доме, на своей постели, что после этого Клава продала корову и куда-то ушла, их дома были проданы на слом, а кирпич увезли на гаражи и дачи.

В машине задумался я о судьбе и жизни бабы Кати, включил радио, а там Народная певица СССР  Людмила Зыкина поет свои замечательные песни, которые так любит народ, а дети и внуки бабы Кати, вероятно, тоже с удовольствием поют хором, когда хорошо выпили и закусили.  Ну, вы помните: – «Ты накинь, моя мама, на плечи оренбургский пуховый платок!».  Или: - «Мама, милая мама!  Как тебя я люблю!».  Но особо проникает в душу могучий голос, когда она поет вот это: - «Я люблю, тебя Россия!..  Нерастраченная сила!..  Неразгаданная грусть!..  Мне весь век тобой гордиться!  Без тебя мне счастья нет!».  

Задумался я под чудный голос Народной, и уже в моем сознании причудливо совместились и баба Катя, и Россия;  и показалось, что и Россия и баба Катя – одно и то же, и я никак не могу врубиться - у кого из них внучка отняла нищенскую пенсию?  И кого из них бросили и забыли, как смятое ржавое ведро?  И кто из них уже умер, а кто – пока жив?  И никак не мог понять - чем же, все-таки, мне гордиться?  Нерастраченной силой? 

Ну, у Народной, сила, возможно, и не растрачена, а баба Катя отдала Родине свою жизненную силу всю, до последней капельки!  А миллионы алкоголиков, бомжей и бездомных детей - у них что, тоже нерастраченная сила?  Одна только неразгаданная  грусть и осталась нерастраченной...  И слезы...  Злые слезы бессилия!  Но, будем надеяться, что это - временные трудности.  А надежда, как известно, умирает предпоследней.

Николай ТКАЧЕНКО, капитан, Карибское море.

                   

P.S. 30\12 загрузились в Сан Педро (Доминиканская республика) цементом,
вышли, 31\12 посреди Карибского моря остановился двигатель.
03\01 пришел буксир, отбуксировал нас обратно в Сан Педро,
сейчас стоим, механики разбирают двигатель, запчасти есть,
надеюсь опять выйдем числа 15-го.

9.01.13

   

 

 

Комментарии к статье
  • Николай Ткаченко
    tkachenkona37@mail.ru
    Ольга, большое спасибо.
    Вы - мой верный и единственный читатель.
    Рад, что нравится.
    Для вас и пишу.
  • Интересные у Вас статьи, берут за душу. Не в каждом роду есть стержень сильного духа.
Страницы: 1
Добавить комментарий


Читайте также:












        


Мы и общество...

Партнеры

Из почты

Навигатор

Информация

За рубежом





Рейтинг@Mail.ru