Rambler's Top100

Робинзоны таёжной глухомани

Робинзоны таёжной глухомани

В советское время в прессе не раз писали о семье Лыковых, около 50 лет прожившей в отшельничестве в саянской тайге. Для исследования их феномена туда выезжали экспедиции со специалистами разного профиля. Несколько раз у Лыковых побывал писатель из подмосковного города Одинцово Лев Черепанов, рассказ которого и записал Валентин Дубин

Избу и клочок пашни в глухой тайге обнаружили геологи, облетавшие на вертолёте местность в бассейне реки Большой Абакан. Шёл 1978 год – время, когда в Советском Союзе строили коммунизм, готовились к освоению других миров. И так удивительно было узнать о семье, добровольно заточившей себя в таёжной глухомани! И учёных, и обывателей интересовало, как могла целая семья выжить в столь трудных условиях.

В поисках лучшей доли

Истоки ухода Лыковых от людей заключены в истории более чем трёхсотлетней давности. Они лежат в расколе русской православной церкви, когда противники церковной реформы – старообрядцы уходили на север, за Волгу, в леса, тайгу. Вот и предки Лыковых, выходцы из Архангельской и Вологодской губерний России, прошли в саянскую тайгу северным путём. Ещё в 20-х годах там жили несколько семей старообрядцев, но со временем многие вернулись в мир и стали жить на Алтае.

А Лыковы, наоборот, ушли от людей подальше. Считают, что в таёжную глухомань их погнали потрясения, связанные с перегибами в проведении коллективизации. Семейная заимка Лыковых тогда сгорела (возможно, кем-то подожжённая), погиб брат главы семьи Карпа Осиповича Евдоким. После этого старообрядцы Лыковы перестали верить в доброту людей и ушли от них.

 В тайгу из заимки Карп Осипович уходил с отцом Осипом Ефимовичем, женой Акулиной Карповной, братьями Степаном и Евдокимом.

  В глухом месте, у горного притока Большого Абакана – реки Еринат, отшельники засеяли рожью пашню, поставили избы, баню. Работали, не разгибая спин. Там у Карпа и Акулины родились дети: в 1926 году – сын Савин,  в 1936-м – дочь Наталья, в 1940-м – сын Дмитрий. И надо же было в 1943 году на лыковские рыбацкие снасти наткнуться военному дозору, озабоченному поиском дезертиров! Хотя староверцев и не тронули, те, чтобы не жить с риском вновь быть обнаруженными, вновь двинулись в глубь тайги. А через несколько лет переселились ещё дальше вверх по реке Большой Абакан, как сказала позднее младшая дочь Карпа Осиповича Агафья, – «туда, где земля чужими людьми не была затоптана». Переселение шло зимой, и только маленькой Агафье более тридцати раз пришлось совершить челночные рейсы, чтобы перенести нехитрую домашнюю утварь. Кутая от морозов в тряпки, она переносила семенную картошку, крупу, сухари, кедровые орехи, посуду, церковные книги, одежду, одеяла. Оставшееся перенёс отец Карп Осипович, переселявшийся последним.

В отличие от нас, воспринимающих условия, в которых жили Лыковы,  как экстремальные, они считали их обычной жизнью, хотя и нелёгкой.

Сибирская тайга закалила

К Лыковым прилепилось слово «робинзоны», но им было намного труднее, чем Робинзону Крузо. Тому тропическая природа каждый день приносила свои плоды. Лыковы же вынуждены были постоянно и напряжённо бороться за выживание.

В их большой семье каждый обязан был много трудиться. Используя подручные средства, Лыковы строили избы для жилья, лабазы и погреб, где хранили продукты питания. Для добывания огня пользовались кремнём, для освещения жилища – лучиной. С помощью прялки и ручного ткацкого станка они наладили настоящее ткацкое производство: из конопли изготавливали ткань, из которой шили одежду – лапотину. Из бересты плели обувь наподобие лаптей. Шапки мастерили из меха кабарги.

Нас, членов экспедиции, поражало, как Лыковы приспособились к суровым условиям природы. Тайга настолько закалила их, что они при морозе 3-5 градусов ходили босиком и не мёрзли в своей лёгкой самотканой одежде из конопли. В верхнем течении реки Большой Абакан бесснежное время составляет всего 4 месяца в году, а нередко бывают годы с ежемесячными заморозками. Так что такие культуры, как картофель, было выращивать очень нелегко, и продуктов не хватало. В тяжёлый по условиям 1961 год от голода умерла мать Акулина Карповна. Да и все годы отшельничества Лыковы никогда не наедались вдоволь: каждый год после посевной они «паслись» на луговых логах, пытаясь «зажевать» голод дикорастущими травами. А всё осеннее светлое время собирали ягоды, грибы и орехи. Мясо отведали лишь тогда, когда подросшие сыновья Савин и Дмитрий выкопали ловчие ямы на диких коз и смастерили ловушки на боровую дичь.

Лес оберегал лес, а цивилизация погубила

Нас, помнится, очень поразило, что очищенная картошка с лыковского огорода пролежала у избы четыре дня и не почернела. Видимо, так по-особому влияла атмосфера тайги с её фитонцидами. Вникая далее в жизньэтой семьи, наша экспедиция выяснила, что тайга оберегала отшельников от хворей.  Жильё у них было построено из кедра, отличающегося великолепными целебными и антимикробными свойствами. Есть исследования, доказывающие, что  воздух в кедровом лесу чище, чем в операционной  после бактерицидной обработки! Чрезвычайно ценны и плоды кедра. Лыковы постоянно ели кедровые орехи, пили кедровое молоко (смесь из толчёных в медной ступке кедровых орехов и воды), которое по питательности не уступает материнскому.

 А вот приобщение их к нашей жизни обернулось трагедией. На четвёртом году общения с людьми семья Лыковых в течение двух месяцев лишилась сразу трёх взрослых детей – Дмитрия, Савина и затем ухаживавшей за братьями Натальи. Наш врач Игорь Павлович Назаров, который проводил медицинские наблюдения за семьёй, сказал, что причиной смерти этих закалённых людей, проживших всю жизнь в условиях первозданной природы, было отсутствие иммунитета к возбудителям множества заболеваний. Взятый им у оставшихся в живых Агафьи и Карпа Осиповича анализ крови показал отсутствие антител к большинству болезнетворных вирусов. Их родные умерли от инфекционной пневмонии, заразившись от приезжих, которых в первые годы после обнародования истории Лыковых было столько, что туда чуть ли не организовывались экскурсионные поездки.

Агафья осталась одинокой

Через семь лет после трагедии умер Карп Осипович, и Агафья осталась одна в саянской тайге, на расстоянии 430 километров от человеческого жилья. К ней приезжали родственники, пригласили познакомиться с более цивилизованным бытом в староверческом посёлке. Сводили таёжную жительницу в магазин, но она приобрела там только большую эмалированную миску. Никакие достижения прогресса её не поразили – ни самолёт, ни вертолёт, ни автомобиль.  Зато ей очень понравилась лошадь.

   Многие из тех, кто знакомился с жизнью Лыковых, сокрушались по поводу того, что Карп Осипович обрёк своих детей на безбрачие. Почему он не позаботился об обеспечении молодых сыновей невестами, а дочерей – женихами? Только потому, что не допускал связи с людьми не их веры? Естественно, кровосмешения старообрядцы тоже не допускали. Об этом говорит тот факт, что братья и сёстры жили в разных избах. Возможно, он надеялся на связь с каким-нибудь поселением старообрядцев? Но встретить единоверцев так и не удалось. Между тем подобное поселение было не так уж далеко от Лыковых, за горным хребтом. Но его жители снялись с места и ушли к людям. Узнав об этом, Карп Осипович обречённо сказал: «Мы последние, наверное».

Многие люди считают судьбу семьи Лыковых трагедией. Если иметь в виду смерть детей, то это действительно так. Но в то же время, находясь многие десятилетия в полной изоляции, эти люди сохранили силу воли, трудолюбие и высокие нравственные качества, преданность своей вере и создали в глухой тайге натуральное хозяйство, обеспечивающее выживание. Все члены семьи владели грамотой (детей они обучали чтению с пяти лет), и они даже не потеряли счёт дням. Так что судьба Лыковых – уникальный эксперимент, поставленный жизнью. Выстояв в своей робинзонаде, они пополнили науку ценными фактами выживания человека в экстремальных условиях.

Дочь Карпа Осиповича Агафья осталась последней веточкой некогда мощного древа крестьянской семьи старообрядцев. Несмотря на то, что летом вокруг одинокой женщины ходили медведи, а зимой – волки, жить в миру она не смогла и продолжала вести иноческий образ жизни, проводя всё время между хлопотами по хозяйству (уходом за огородом, козами и курами) и молитвами. Получать пенсию от государства отшельница отказалась.

Агафья и сегодня продолжает жить на своей таёжной заимке, но одиночество её полным уже нельзя назвать. О ней теперь заботятся люди.  Территория, где она живёт, включена как отдельный участок под названием «Заимка Лыковых» в состав заповедника «Хакасский». Его сотрудники навещают  Агафью, привозят ей гостинцы, продукты, письма от единоверцев (а пишут ей из Москвы, Томска и даже Боливии). Не редки визиты волонтёров-студентов, врачей. Кстати, по последним сообщениям СМИ, врач скорой помощи из Абакана, прилетавшая на вертолёте в тайгу к Агафье, сказала, что состояние здоровья 73-летней женщины опасений не вызывает. Артериальное давление и эмоциональное состояние её в норме.

Журнал «60 лет – не возраст» 

Комментарии к статье
Добавить комментарий


Читайте также:








Co всего света







 



 



Партнеры

Из почты

Навигатор

Информация

За рубежом

free counters




Рейтинг@Mail.ru